Очень субъективное, но интересное описание сути идей Фридриха Яна.

        
        Фридрих Людвиг Ян, в отличии от романтиков-современников придает идее германской избранности более прямую и грубую форму. Более того, этот проповедник физической культуры смог создать массовое движение и психологические стереотипы, во многих аспектах предвосхищающие нацистские милитаризованные организации.
        Подобно Арндту "отец гимнастики" (Turnvater) Ян не был особенно озабочен проблемой "смешения с евреями" несмотря на то, что он являлся сторонником еще более примитивной расовой философии. Но именно он находится у истоков особой авторитарной структуры молодежных немецких ассоциаций и, прежде всего, студенческих обществ (Burschenschaften). Он оставил стойкие следы в европейской истории в самых разных областях. Ему принадлежат такие термины, как Тиrnеп ("гимнастика") или Volkstum ("народничество"), а также сочетание цветов: красный - черный - золотой - национальные цвета, ставшие официальными в обеих Германиях после 1945 года
        Разумеется, его патриотическая программа заходила гораздо дальше. Искусства, литература и даже язык должны были подвергнуться чистке; следовало устранить иностранные имена собственные, включая библейские; для всех событий повседневной жизни, имеющих сколько-нибудь торжественный характер, например, посещение церкви, следовало надевать народные одежды (Volkstracht) зеленого цвета для маленьких девочек, красного - для девственниц, синего - для замужних женщин, коричневого - для пожилых матрон, оранжевого - для женщин легкого поведения. В области международной политики его взгляды отличались наивностью: "Существуют границы, или естественные подразделения, которые становятся очевидными при беглом взгляде на географическую карту".
        Следует упразднить такие наросты, как Португалия, которая является лишь опухолью на теле Испании. Хотя Ян был не единственным европейцем, превозносившим пользу войн, он находил особо сильные аргументы в поддержку этого подхода: на старости лет в 1848 году он называл своих современников "паразитами, порожденными длительным периодом мира, отродьем полностью прогнившей ситуации". Дополним картину его заботливым отношением к животным, которая была характерна и для многих других знаменитых германоманов. Наш герой требовал принятия полицейских мер защиты даже для майских жуков
        Итак, этот "отец гимнастики" был личностью, внушающей беспокойство; историк Трейчке говорил, что он хотел выдворить французов из Германии с помощью отжиманий от пола. Среди воспитываемых им спортсменов он пользовался особым авторитетом. Сразу после установления мира организованные им спортивные общества насчитывали около шести тысяч членов, большинство из них входили в Burschenschaften.
        Таким был идол германских гимнастов и студентов, составлявших самую динамичную часть молодежи, которая после 1815 года мечтала об объединении родины и вдохновлялась магическими словами "свобода" и "революция". В Германии этой эпохи университеты, особенно протестантские, являлись основными очагами политической агитации.
        Но парадокс состоял в том, что программа этих первых немецких революционеров была весьма реакционной. Они были воинствующими шовинистами. Свое вдохновение они черпали в прошлом, каким оно рисовалось им в их воображении, и именно в этом духе они мечтали обновить университетские нравы.
        Ян и Фриз стали главными вдохновителями знаменитого празднества в Вартбурге в октябре 1817 года, в ходе которого одновременно отмечались трехсотлетие реформации и вторая годовщина лейпцигской битвы. По этому случаю в Йену съехались делегации четырнадцати других университетов, в основном протестантских, для учреждения общегерманской ассоциации "Allgemeine deutsche Burschenschaft".
        После торжественной церемонии, завершившейся богослужением, группа сторонников Яла устроила аутодафе книг и предметов, рассматривавшихся как антинемецкие и реакционные: административные акты соседствовали на этом костре с капральским жезлом, косой парика и "Германоманией", принадлежащей перу некоего Саула Ашера, что не позволяло питать сомнения относительно природы этих первых немецких освободительных чаяний. Ашер писал: "Разумеется, они сожгли мою "Германоманию", потому что я утверждаю в ней, что все люди сделаны из того же материала, что и немцы, и что христианство не является немецкой религией".
       
       

Hosted by uCoz